1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer>

Новости

Все         В Институте        Новости геологии        Семинары и конференции        Конкурсы и гранты        ФАНО        Разное        Видео

Понедельник, 06 Августа 2018

Развитие науки сопряжено с сильной экономикой


– Николай Петрович, как вы в целом на сегодня оцениваете состояние науки в Сибири?

 

– Я считаю, что Сибирское отделение функционирует достаточно хорошо и все сложности, связанные с известными реформами в меньшей степени затронули Сибирскую науку. Потенциал сохранен, мы старались не допустить снижения уровня научной базы, создавались и совершенствовались новые научные центры. Если посмотреть результаты: растет количество публикаций в высокорейтинговых журналах и создаются новые проекты, становится понятно, что Сибирское отделение функционирует успешно. И это не только наша оценка, но и оценка ФАНО, до его ликвидации, а также администрации президента РФ и самого президента.

 

– В мае 2018 года подтвердилась информация о ликвидации ФАНО. В своем прежнем виде агентство больше существовать не будет. Как вы можете охарактеризовать работу ФАНО за время его деятельности?

 

– В целом положительно: организационная структура была отработана, наведен порядок с имуществом, налажено взаимоотношение с центральными структурами, но имеются и отрицательные моменты, к примеру явно излишняя бюрократизация в навязанной системе организации научной работы. Я надеюсь, что перевод полномочий ФАНО в Министерство науки и высшего образования РФ не станет болезненным, поскольку уже отработаны пути и варианты решения организационных и финансовых проблем. Гарантией успешного перехода станет ставший министром бывший глава ФАНО Михаил Котюков, получивший пятилетний опыт вполне успешного руководства агентством, сопряженным с перманентным и далеко не всегда простым взаимодействием с руководством РАН.

 

– Приближается годовщина работы нового руководства СО РАН во главе с Валентином Пармоном. Мнения представителей академического сообщества по оценке промежуточных результатов итогов разнятся. Какой позиции придерживаетесь вы?

 

– Я считаю, что мы адаптировали положительные результаты прошлого руководства Сибирского отделения РАН к новым задачам и проблемам. Мы проработали варианты решения задач, которые стоят перед Сибирским отделением и особенно Новосибирским научным центром. Причем эти варианты не принимаются кулуарно, только руководством СО РАН. У нас регулярно проводятся расширенные бюро Президиума СО РАН и заседания президиума СО РАН, на которых все значимые проекты, а также варианты решения тех или иных задач проходят слушания, обсуждаются и корректируются.

 

– В Сибирском отделении недавно был создан Совет Старейшин. Он тоже включен в этот процесс?

 

– В Совет Старейшин входят люди с огромным научным и жизненным опытом. Они дают рекомендации для всех значимых для СО РАН решений, и новое руководство СО РАН прислушивается к этим рекомендациям. В Совет входят такие люди, как академик Добрецов, который долгие годы был председателем Сибирского отделения РАН. Под его председательством были созданы междисциплинарные программы, которые, в конечном счете, дали весьма значительные фундаментальные и прикладные результаты. Этот опыт очень важен и мы используем его. Мы до сих пор отдаем приоритет таким проектам, где используются возможности и компетенции целого ряда направлений. Это позволяет на новом уровне решать комплексные и сложные задачи, что недостижимо в рамках отдельных направлений.

 

– С этими задачами связаны такие крупные проекты как строительство центра синхротронного излучения?

 

– Да. Наш институт (Институт геологии и минералогии имени В. С. Соболева СО РАН) давно использует возможности синхротронного излучения. Оно позволяет проводить эксперименты, благодаря которым можно моделировать процессы, происходящие в Земле, на глубине 600-1000км. Мы можем понять, что происходит с веществом в подобных условиях.  Ровно также эти исследования нужны, чтобы получить информацию важную для понимания рудообразования, образования расплавов, создания новых материалов, таких, к примеру, как технические кристаллы. У нас есть частички материала размером одна сотая миллиметра и менее и нам при этом нужно узнать, как они устроены, определить очень точно ничтожные примеси различных элементов в их составе. Сходные проблемы стоят перед материаловедами, химиками, генетиками. Задач много и имея такие установки как синхротрон, нашим ученым не придется ездить за границу и просить там короткое время поработать на таком устройстве. Мы сможем ставить задачи и решать их здесь. И приезжать будут уже к нам. Таких проектов должно быть больше. Сейчас нужно развивать фундаментальную науку и получать результаты, позволяющие нашим, вне сомнений, весьма талантливым ученым решать задачи мирового уровня. Для этого, безусловно, нужно самое современное оборудование. Даже просто измерения, сделанные на нем, могут быть чрезвычайно полезны и важны для мировой науки. Понятно, что такое оборудование очень дорого стоит. В этом смысле стоит брать пример с Китая. Они наладили положение экономики в стране и потом начали вливать очень серьезные деньги в науку. И даже временами имея проблемы с экономикой, они все равно опережающе финансируют науку, разработку новых направлений, в перспективе дающих новые технологии, которые могут быть использованы в высокотехнологичной промышленности. Так же стоит поступить и нам. Вложения в науку, в конечном счете, должны быть кратно увеличены, причем увеличены на постоянной основе. Чтобы заниматься серьезной наукой и спрашивать с ученых высокие результаты, надо давать материальные и финансовые возможности получать эти результаты.

 

– В СО РАН часто приходится слышать, что сибирская наука сильно обделена средствами в сравнении с московской. Действительно ли это так?

Продолжение интервью читайте по ссылке:

https://ksonline.ru/324824/nikolaj-pohilenko-razvitie-nauki-sopryazheno-s-silnoj-ekonomikoj/

 

Прочитано 170 раз
Limon Tour World Guide Tranzito